Алекс [СИ] - Казакевич Максим

Проспал Алекс без малого двенадцать часов. Открыв глаза, он не сразу сообразил где находится. Обстановка вокруг была незнакомой. По центру помещения стоял небольшой треугольный столик и к нему приставлено два стула. Каюта была одноместной, с богатой отделкой под дерево и отдельным санузлом, совмещенным с душем. Такие каюты предназначались для офицеров рангом не ниже капитан-лейтенанта. Это Алекса немало подивило.

Он встал, встряхнул головой и вдруг вспомнил, как здесь очутился. Нежно коснулся пластыря на щеке и поморщился. Рана побаливала.

Он сходил в туалет, принял душ, оделся. Далее делать было нечего, и потому он решил прогуляться по коридору и найти столовую. Она должна быть на каждом уровне.

Ее он нашел только через полчаса с большим трудом, да и то только благодаря разносившимся вкусным запахам. Там он и подкрепился основательно первым, вторым и немного третьим блюдами.

А когда Алекс вернулся в свою офицерскую каюту, там его уже ждали обеспокоенные сестры-близняшки. Увидев его, они разом загалдели, схватили за рукава и куда-то потащили. Алекс взирал на их усилия с сыто-ленивым равнодушием. Через несколько минут, когда ему это надоело, он спросил:

— И куда вы меня тащите?

Яна фыркнула.

— Ты нас совсем не слушаешь, — протараторила Аня. — Андреевич тебя вызвал!

— Кто? — запамятовал Алекс.

— Вчерашний капитан! Наш начальник…. Мы тебя двадцать минут искали, где ты был?

— В столовой, — простодушно ответил Алекс. — А что, нельзя?

Сестры сосредоточенно промолчали.

Вскоре они привели его к кабинету капитана Андреевича и постучали в дверь. Получив разрешение войти, они повернули ручку и втолкнули курсанта Дронина внутрь. Сами же остались снаружи.

А в кабинете, к сильному удивлению Алекса, помимо капитана Андреевича находился и капитан-лейтенант Андерсон. Был еще какой-то мордастый дядька в майорских погонах и в форме службы ДУШ.

Все трое сидела за одним столом, и молчаливо взирали на прибывшего.

— Это точно он? — спросил майор ДУШ скрипучим голосом после полуминутного молчания. Андерсон кивнул.

— Хорошо, курсант, присаживайтесь, — разрешил он, наконец, и Алекс осторожно присел на край жесткого табурета, который стоял прямо по центру кабинета. — У нас к вам будет серьезный разговор.

У офицера спецслужб перед собой лежала объемистая папка. Он взял ее в руки, покачал на руке, взвешивая, и пролистнул страницы.

— Знаете что это? — спросил он курсанта.

— Никак нет.

— Это ваше личное дело, распечатанное…. Здесь задокументирована вся ваша жизнь, начиная с самых пеленок. Из него мы узнали, что вы круглая сирота. Это так?

— Да, сэр. Мой отец погиб служа на линкоре «Могучий», а мать с сестрами погибли во время переселения. Других родственников у меня нет. По крайней мере, я о них ничего не знаю.

Майор сосредоточенно покивал головой, вчитался в страницы досье.

— Да-да, это так…. Вы с отличием окончили предпоследний курс летной академии и попросили перевод на линкор «Могучий». Почему?

Алекс пожал плечами. За время прохождения практики он устал уже отвечать на этот вопрос — никто не верил что такое возможно. А убеждать кого-либо он не был намерен.

— Просто мой отец служил на нем и на нем же погиб. Я хотел служить там же где и он.

— Но вы не любили своего отца, — сделал уточнение душевец.

— Но он мой отец!

Майор угрюмо посмотрел в переносицу курсанта, усмехнулся и отодвинул от себя личное дело Дронина. Чувствовалось, что он задавал свои вопросы просто из принципа, лишь бы спросить. Все что он мог знать компрометирующего об Алексе, он знал. А уж с «Железной Венерой» ему посчастливилось разбираться лично. Алексу об этом случае напоминали крупные синяки на пояснице и несколько бессонных ночей.

Капитан Андреевич негромко хмыкнул в кулак и поправил на переносице очки. Посмотрел на майора и получил от него молчаливое разрешение. Он спросил:

— Скажите, курсант, вы знакомы с управлением грузового корабля типа «Сосна»?

— Да, сэр, — кивнул Алекс. — Я знаком с этим кораблем.

— То есть, вы можете им управлять?

— Да, сэр.

— А на поверхность планеты посадить сумеете?

— Да, сэр. У меня по этой теории стоит отлично, — снова подтвердил Алекс, не вполне понимая, о чем идет речь.

— А на практике садить «Сосну» приходилось?

— Нет, сэр. На поверхность планеты я не садил еще ни одного судна. Не довелось.

Андреевич и Андерсон переглянулись. А майор ДУШ криво усмехнулся:

— Вы уверенны, что вам нужен именно он?

— Посмотрим, — уклончиво ответил капитан Андреевич. Он не любил спецслужбы во всех ее проявлениях, как и любой другой человек. И снова, чуть подавшись вперед, задал самый главный вопрос. — А скажи…. Если понадобится, ты сможешь посадить «Сосну» на поверхность планеты не угробив ее?

Алекс на мгновение задумался и уверенно ответил:

— Да, сэр, смогу.

— А взлететь?

— Это еще легче, сэр. Смогу!

— Хорошо, курсант, — удовлетворившись ответом, откинулся на спинку стула капитан. — Это очень хорошо…. Ты нам подходишь.

По-видимому, на лице Алекса сильно отразилось чувство непонимания, потому как Андерсон решил ввести его в курс дела. Он знаком показал, чтобы тот подсел поближе и когда Алекс передвинулся вместе с табуретом, вполголоса сказал:

— Все дело в том, что мы готовим масштабную военную наступательную операцию. Наш флот будет участвовать в захвате вражеской планеты. Операция очень сложная, готовилась не один месяц…. Дата наступления уже назначена, но у нас неожиданно возникли проблемы. К нам не прибыли пилоты четырех «Сосен», и это срывает руководству все планы. Никто не знает, куда они исчезли, возможно, постарались вражеские шпионы. И теперь нам нужны люди способные управлять этими кораблями. По меньшей мере, восемь человек. Мы надеемся, что ты справишься с управлением.

Нельзя сказать, что Алекса потрясло такое признание своего начальника, но он сильно удивился. Хороших пилотов во «Вспарывателе» хватало и без него. О чем он и сказал чуть взволнованным и дрогнувшим голосом:

— Простите, сэр, но почему именно я? Я же только курсант….

Андерсон, Андреевич и майор из ДУШ переглянулись. Причину они знали, но озвучить ее не сильно стремились. Потом, видимо решив, что терять-то особенно нечего, майор нагнулся, поднял с пола увесистый сверток и брякнул его на стол.

— Это кажется ваша вещь, курсант. Можете забрать….

Алекс растерянно посмотрел на майора. Тот кивнул и подтолкнул сверток к краю стола.

— Забирайте…, хм, радиант. Нам чужого не надо.

Алекс неуверенно взял в руки вещь. Развернул ее и ахнул. На ладонь лег скипетр «Воля Мира», когда-то отобранный агентами спецслужб. Его металлический стержень сильно холодил руку, так словно он был только что из холодильника, а на «Венере» красиво собрались капельки сконденсированной влаги. Он протер его ладонью.

— Не удивляйтесь, курсант. В отношении вас мы не нашли никаких компрометирующих фактов, так что все подозрения с вас сняты, а досье исправлено. Все конфискованное через некоторое время мы вернем. А этот жезл…странная штука — в руки никому не дается. Вернее, взять-то его можно, но тут же хочется вернуть на место. Истощает он…, психически. После него чувствуешь себя так, словно неделю провел в карцере. Выматывает…. Наши ученые хотели было взять его на исследование, но затем вдруг отказались, сказав, что заниматься мистикой им некогда. Яйцеголовые идиоты….

Майор замолчал, углубившись в неприятные воспоминания. Он не стал говорить, что ему просто приказали закрыть дело курсанта Дронина и как можно скорее вернуть отобранную вещь. Он не знал, отчего и почему поступил такой приказ и потому склонен был валить все на вражеских шпионов, которые неудержимо стремились просочиться во все ветви власти.

Алекс попытался прислушаться к своим ощущениям. Но как он ни старался, ничего, кроме холода идущего от скипетра, почувствовать не смог. Ничего такого особенного не ощутил. Тогда он вытер «Волю Мира» насухо и завернул в ткань.

— Да-да, уберите его как можно дальше, — посоветовал майор. — Я на него уже смотреть не могу.

Алекс спрятал скипетр за пазуху.

— Так вот, я не ответил на ваш вопрос…. Видите ли, курсант, выбор пал на вас только из-за этой странной штуки. Мы поинтересовались у того самого комикса…, ну вы помните — отсиза Биизны, так вот он нам сказал, что хранитель «Воли Мира», да и три других хранителя остальных скипетров, отмечены перстом ихней богиней. Он сказал, что теперь тебе будет удача во всех делах, даже в самых немыслимых…. В это сложно поверить, и честно говоря, я не верю, но поверили другие, и они решили рискнуть. Поэтому, курсант, вам предоставляется такая честь. У вас есть возможность отказаться. Подумайте…. Но хочу предупредить. В случае вашего согласия подобное предложение будет сделано и вашим друзьям — Тапиоке и сестрам Топиным.